В литературе по НЛО отмечается, что гуманоидные существа, участвующие в похищениях, за редкими исключениями, удивительно единообразны по своему виду и поведению. К примеру, британская исследовательница Дженни Рандлз, основываясь на имеющихся у нее данных, выделила два типа существ-похитителей.

Первая группа — это те, которых она называет «маленькие, безобразные существа», соответствующие «серому» типу, о котором я уже упоминал выше. По ее классификации, «их рост колеблется от трех с половиной до пяти футов, у них грушеобразные головы, большие круглые глаза, а рты и носы в виде щелей. Как правило, они безволосы и одеты в серую униформу. Кожа — серая или морщинистая».29 Исследовательница отмечает поразительное отсутствие разнообразия в описании этих существ.

Вторая категория — это «высокие, сухощавые» гуманоиды. Для них типичен высокий рост — шесть или более футов, — и, по описаниям, нередко скандинавские черты лица, бледная кожа и белокурые волосы. Глаза большей частью с восточным разрезом или кошачьи, зачастую — голубые или розовые. Нередко их описывают странно красивыми и внешне более напоминающими людей, нежели «серые» существа.

Разделение между низкорослыми и высокими пришельцами показано также и в таблице из 164 сообщений о гуманоидах, опубликованной в 1976 году уфологами Корал и Джимом Лорензен.30 Как я указывал во второй главе, Лорензены упоминают малых и больших гуманоидов, и, что довольно странно, размер описываемых пришельцев коррелирует с размером сопровождающих их НЛО.

Лорензены упоминают также и четыре других типа существ — больших и малых роботов, а также больших и малых монстров (вспомните рассказ о роботах из Сиско-Гроув). В их таблице, как нетрудно заметить, подсчитав распределение существ с различными особенностями в каждой из категорий, преобладают малые и большие гуманоиды. (Они приводят только один случай, когда в главной роли выступают два различных типа пришельцев, однако подобное встречается в уфологической литературе достаточно часто.)

Тип…………………………………Количество

Большие гуманоиды…………………………60

Малые гуманоиды……………………………81

Большие монстры…………………………….3

Малые монстры……………………………….4

Большие роботы……………………………….1

Малые роботы…………………………………3

Лорензены приводят также список различных телесных особенностей гуманоидов. Выясняется, что из общего числа больших гуманоидов у восьми — исключительно большие глаза, а у десяти — нормальные, то есть количество и тех и других приблизительно равное. Однако среди малых пришельцев у восемнадцати — большие глаза, и только у двух — маленькие. Это совпадает со стандартным описанием «серых» пришельцев с большими глазами.

В последние годы появилось много сообщений о пришельцах негуманоидного типа. Один из таких типов — так называемые ящеры, которых описывают как прямоходящих существ, похожих на ящериц с глазами, как у кошек.31 Этим существам приписывают сексуальные нападения на людей, и вид у них, по описаниям, гротесковый и отталкивающий. Другая, еще более странная, категория пришельцев, напоминает насекомых — кузнечиков или богомолов, и при похищениях они играют роль наблюдателей. Сообщения о подобных существах поступают значительно реже, чем о гуманоидах, хотя это может быть артефактом, погрешностью тенденциозного отбора сообщений.

Отражают ли эти описания телесное строение реальных живых организмов, или же это всего лишь «анатомия» своего рода галлюцинаций? Давайте пока рассмотрим эти два предположения, хотя возможны и другие объяснения появления пришельцев-гуманоидов.

Версию о галлюцинациях можно развить следующим образом: человеческое воображение по какой-то причине создало истории о похищениях, совершенных существами различного типа. Поскольку для людей естественно воображать человеческие формы, существам этим придается гуманоидный облик. Истории о них распространяются путем самого обычного общения людей между собой. И когда некто вдруг ярко описывает свою поразительную встречу с такими существами, то в действие вступает психологический процесс, соединяющий истории, которые довелось слышать этому человеку, с каким-то, по всей видимости, реальным переживанием. Это так называемая фольклорная теория.

Рандлз цитирует работу исследователя фольклора Томаса Е. Булларда о 200 случаях похищения.32 Буллард выдвигает следующее предположение: если истории об НЛО распространяются как своего рода фольклор, то в них должны проявляться особенности, присущие фольклору. К примеру, должна присутствовать определенная степень вариаций, типичных для продуктов человеческого воображения. Они должны варьироваться от одного географического региона к другому, а кроме того, в них должно проявляться влияние тех случаев, о которых много писали в газетах и рассказывали по телевидению.

Рандлз подводит итог рассуждениям Булларда: несмотря на то, что в случаях, зафиксированных в Америке, фигурирует значительно больше высоких пришельцев, чем в сообщениях с других континентов, описания похищений, полученные из разных частей света, тяготеют к чрезвычайному однообразию. Широко обсуждающиеся в печати случаи, по-видимому, не оказывают заметного влияния на сообщения о похищениях. Кроме того, истории о похищениях в высшей степени стереотипны и содержат намного меньше вариаций, чем можно найти, к примеру, в научной фантастике. Создается впечатление, что рассказы о похищениях не соответствуют схеме, органически присущей фольклору.

Можно было бы на это возразить, что сообщения контактеров-похищенных столь однообразны из-за некоего психологического процесса отбора определенных представлений. Однако сообщения о похищениях стали известны с начала шестидесятых годов. Почему эти специфические истории обрели психологическую силу именно в последние годы, а не раньше?

Другой недостаток этой версии в том, что многие из подробностей, которые постоянно возникают в рассказах о похищениях, не являются психологически значимыми для рассказчика. Какое, к примеру, психологическое значение могут иметь такие детали, как неразличимые в стене двери или щелевидные рты у низкорослых гуманоидов? Что вынуждает очевидцев рассказывать о ярком свете, горящем внутри НЛО, или о том, что пришельцы общаются при помощи телепатии? Будь психологическая версия верна, она должна была бы убедительно связать эти детали с известными психологическими принципами.

Впрочем, можно возразить и на это: дескать, в рассказах о похищениях психологически обусловлены лишь некоторые ключевые особенности. Остальные — просто произвольные создания воображения, которые, так сказать, сопутствуют психологически необходимым элементам повествования. Однако если эти произвольные детали не имеют для людей большого психологического значения, то почему они, кочуя из рассказа в рассказ, не изменяются по прихоти рассказчиков?